Наталья Штрайн
Основатель компании «Парадайз»
Пандемийное лето занесло меня в Анапу. Открыточные виды советских парков и останки бодрых лозунгов у санаторских въездов перенесли в детство... счастливое и не очень. Бредя по кромке моря, я оказалась на детском пляже. Малышня хихикала и копошилась под навесом. «Первый отряд, строиться!» – голосище в рупор буквально огрел по голове. «Отряд, в воду!». Не прошло и 10 минут, как новый окрик: «отряд, из воды! Немедленно всем выйти! Надеть понамки!».
В желудке зашевелился ежик; в спине наметился кол. Это солдаты? Или арестанты? Где уважение, где нежность, где тепло? Где хотя бы «пожалуйста»? Пребывание в подобном детском заведении вспоминаю с содроганием. 35 лет спустя на этом фронте без перемен. Экскаватором по детской психике, не мудрствуя лукаво!
Трудно поверить, но где-то там, за горизонтом, бывает иначе.
И вот я уже в другом мире, обедаю. Со мной три девицы и три богатыря: всем 11-12 лет. Миленькие щенята, румяные лапочки Мы уминаем пастуший пирог, на вид не прельщавший, а на вкус – пальчики оближешь. Маша, Рома, Юлиана, Филип, Кейти и Макс. Везунчики: они заканчивают подготовительную школу Junior King’s, в переводе «королевская школа для младших». В следующем году они поступят в King’s Canterbury. Школу, имя которой вызывает одобрительней кивок в самых блестящих гостиных мира.
Филип – из Тянцзиня. Его отец – директор местной школы, но Филипп учится в Англии. Филипп играет на фортепиано, часто концерты. В школе Kings Junior их много. Музыка - ядро этой школы, ее центр гравитации. Все дети, даже спортсмены, учатся играть хотя бы на одном музыкальном инструменте.
Филип сообщает: в Китае выступать на концерте СТРАШНО. Я ему верю: китайцем быть сложно. Одна ошибка – голова с плеч, позор семье. Сердце мое сжимается: сдача экзамена после нулевого класса музыкальной школы – не в Китае, конечно, в России – оставила кровавые следы в моей неокрепшей психике: до сих пор боюсь публичных выступлений. Хорошо прошлись кирзовыми сапогами по шестилетней душе.
Филип утверждает, что в Англии сцены не боится. Он не может объяснить, почему. Но я знаю: потому что не осудят. Не бросят злую ремарки. Не накричат. Не усмехнутся исподтишка. Похвалят. Всегда есть за что, так здесь считают. Нежная детская душа останется целехонькой. Ведь цель публичных выступлений в малышевой школе – избавление от страхов. И, как следствие, формирование УВЕРЕННОСТИ В СЕБЕ. Комплексы, не успев сформироваться, опадают, как шелуха. Здесь БЕЗОПАСНО.
Подошедшая завуч называет по имени каждого из детей. Не по фамилии. С каждым перекидывается фразой, смеётся, приобнимает, гладит по голове. Это не постановка: дети спокойны. Улыбаются и не отводят глаз. Британские школы, и особенно школы до 13 лет – это теплицы идеального детства, залитые лучами заботы и чуткости. Любовь к детям – критерий отбора персонала.
Мне жалко себя. Хотелось бы и мне так. Не терять драгоценное время жизни на кровавую битву в шлеме и латах с бесконечным потоком страхов родом из детства.
А как у вас со страхами? Помогает школа Вашим детям формировать уверенность в себе?
